Facebook — Айварс Уландс
Летом 2010 года в немецком городе Дюссельдорф, в пятницу утром, я встретился с муллой — священнослужителем мусульманской мечети. Мы разговаривали на немецком языке, потому что мулла по национальности был немцем.
Моё первое знакомство с арабами-мусульманами произошло осенью 2006 года в египетском городе Хургада. Накануне вечером нашей маленькой дочери, которой было всего пять лет, дверью, захлопнувшейся от ветра, буквально отрезало кончик пальца на правой руке. В городской больнице оперативно провели операцию, и уже утром кончик пальца был розовым и жизнеспособным. Я был бесконечно благодарен добрым врачам и медсёстрам-ангелам. Я знал, что был месяц Рамадан, и решил посетить ближайшую мечеть, чтобы познакомиться с местными верующими.
Недалеко от больницы, в нескольких кварталах, мне удалось найти маленькую простую мечеть с немногими посетителями. Зная их обычаи, я снял обувь и попросил разрешения войти внутрь. Меня приняли очень приветливо. Мы разговаривали по-английски, однако перевод Корана мне нашли на немецком языке. Со стороны мусульман обсуждались различия между нашими религиями, особенно культ Богоматери. Завершая беседу, вежливые молодые люди пригласили меня присоединиться к общей молитве Аллаху, то есть Богу. Я совершил омовение, и мы погрузились в молитву.
После обеда меня пригласили на ужин в семью паломников из города Луксор. Оказалось, что отец пятерых молодых людей — простой рыбак, а жили они на нижнем этаже недостроенного многоэтажного дома. Солнце заходило, и мы в непринуждённой атмосфере наслаждались скромным ужином и беседой. К моему удивлению, подъехала полиция и попросила наполнить бутылки водой. Я немного встревожился, ведь был всего лишь туристом.
«Не беспокойтесь», — успокоил меня старший в семье. — «Сейчас Рамадан, и перед Аллахом мы все равны и благодарны за всё, что Он нам дал».
Перед полуночью мы вернулись в гостиничную виллу, и по местному телевидению я смотрел богослужение из самой роскошной и богатой мечети Каира. Тогда я подумал: перед Аллахом всё же не все равны, и действительно ли богатые люди так же благодарны Ему, как бедные?
Во время первой поездки в египетский город Шарм-эль-Шейх, посещая роскошную мечеть, меня попросили не переступать порог.
Во время этих путешествий я бывал в арабских чайных, маленьких ресторанах, и везде меня принимали приветливо и гостеприимно.
Я удивляюсь, какой власти и какой силе выгодно сталкивать людей друг с другом, чтобы править и наживаться на вложенном и неоплаченном труде и энергии бедных людей.
С 2007 по 2010 год во Франции и Германии знакомства с различными арабами-мусульманами, совместная работа и дискуссии были регулярными. Я познакомился с их менталитетом, обычаями, религией, хорошими и плохими чертами характера. В совместных поездках я соблюдал требования Рамадана, которые по сравнению с православными постами намного легче соблюдать: нельзя есть, пить и курить от восхода до заката солнца. В остальное время это разрешено, однако алкоголь мусульманам запрещён.
Меня поразили их семейные отношения, в которых родители пользуются огромным уважением, а дети любимы. Более того, старший брат является авторитетом для младшего.
В европейской «религии эпохи Просвещения» и свободе вседозволенности авторитет считается устаревшим понятием, а соблюдение Божьих законов — ограничением человеческой свободы.
С радостью вспоминаю совместный обед с арабскими коллегами на железнодорожном вокзале Антверпена. Прибыв туда из порта, мы купили билеты на поезд до Брюсселя. До отправления оставалось около десяти минут. Самый жизнерадостный из знакомых предложил пообедать в маленьком арабском кафе. Я обеспокоенно смотрел на часы и возразил, что мы опоздаем на поезд.
«Ничего», — спокойно ответили они. — «Поедем следующим».
Я восхищался арабским спокойствием и уравновешенностью, которых нам так не хватает в эту эпоху «благополучия» и стресса.
По дороге к месту назначения мы обсуждали общее в нашей вере и пришли к выводу, что это — вера человека в Бога, или Аллаха, исполнение Божьих заповедей и нравственный кодекс совести в сердце и сознании человека.
Мулла, не спеша, оторвал взгляд от Корана и посмотрел на меня:
«Знаешь, Аллах никого не рождал и детей у Него нет!»
«Как это?» — возразил я. — «Кто же тогда мы для Него?»
«Созданные человеческие существа», — сухо ответил священнослужитель. — «Мы ответственны перед Богом за свои поступки, соблюдение заповедей и законов».
«Но всё же», — пытался я возразить, — «кто тогда христиане и мусульмане?»
«Со времён Адама и Евы мы братья и сёстры, но религия нас разделяет», — сказал он, погрозив пальцем на прощание. В знак внимания я получил в подарок Коран на немецком языке.
Будучи христианином, я одновременно согласен и не согласен с его утверждением. Да, религия нас разделяет, но вера всё же объединяет. Разве так называемые «христиане» не отправлялись в крестовые походы против мусульман? Разве так называемые «мусульмане» не вели священные войны против христиан?
Разве последние кровавые теракты не являются последствиями войн? Разве идеология вседозволенности, оскорбляющая религию других народов и их пророка, не является такой же формой насилия и причиной конфликта?
Мусульмане с уважением упоминают Иисуса Христа как основателя христианства. В 19-й суре Корана «Мария» содержится евангельское повествование. Да, для них пророк Мухаммед не является Сыном Божьим, и Христос для них тоже лишь пророк. Есть хорошие и плохие мусульмане, так же как есть хорошие и плохие христиане.
Только безбожные философы «эпохи Просвещения» и их последователи-карикатуристы способны издеваться над святынями других народов. Более того, если закон это позволяет — значит, это можно делать. Знает ли премьер-министр Великобритании господин Кэмерон, называющий себя христианином, заповедь Христа: «Возлюби ближнего своего, как самого себя»? По какому праву мы любим только «своих», особенно если это так называемые «угнетённые» или политические и сексуальные меньшинства, и оскорбляем людей, созданных по нашему образу и подобию, только потому, что они думают иначе?
Люди со здравым смыслом ещё способны отличать добро от зла. Люди с извращённым разумом давно уже не способны на это. Апостол Иаков пишет: «Они не только сами так поступают, но и других приглашают к такой жизни». Бог осуждает такую жизнь и поступки, поэтому эти люди неосознанно признаются в своих грехах, хотя в своём ослеплении считают это привилегией избранности. Разве последние признания «высокоуважаемых» европейцев не свидетельствуют об этом?
Куда мы идём как человечество? Разве уничтожение Содома, Гоморры и Помпеи не было Божьим наказанием за разврат и вседозволенность? Разве жители этих городов соблюдали Божьи законы и закономерности? Разве они не руководствовались своими собственными законами? К сожалению и ужасу — именно ими.
Я согласен, что в Париже и других местах мира люди доброй воли должны объединяться в демонстрациях и выражать своё мнение. Однако это не должно быть односторонним. Мы осуждаем террор и поддерживаем свободу людей, соблюдающих законы государства. Прекрасно, если государственные законы соответствуют законам Божьим. Но если они их нарушают, тогда нужно осуждать действия таких людей и указывать на несоответствие законов нормам совести и морали.
В мире на дорогах погибает гораздо больше людей, чем в авиакатастрофах. Последние лишь заметнее из-за большого числа жертв в одном случае.
В результате войн в мире погибают миллионы невинных людей. На Украине уже погибли сотни тысяч. Почему европейское общество не объединяется в общей демонстрации, чтобы остановить бессмысленное кровопролитие?
По одной причине: если не будет овец, у стригущих не будет работы. Идеологическая борьба, конфликты и санкции сталкивают людей между собой, разрушают землю и экономику.
США более ста лет не переживали войны на своей территории. Они не знают ужасов войны и готовы платить любые налоги, чтобы в других странах бороться с противниками, якобы угрожающими их благополучию.
Мы, европейцы, ещё храним живую память о насилии мировых войн XX века.
Разве создание новых военных баз с иностранными солдатами повысит безопасность государства? Не лучше ли направить военный бюджет на обеспечение порядка внутри страны?
В результате Французской революции возникло новое безбожное общество, философы которого утверждали: «Если Бога невозможно доказать — значит, Его нет. Если душу невозможно доказать — значит, её нет. Есть только бесконечный космос и человек с абсолютной свободой, потому что ему позволено всё, что разрешает закон».
Горькое заблуждение. Есть и Бог, и бессмертная человеческая душа. Библия и Коран подтверждают это: «Не тело будет отвечать, а душа за то, что совершила, находясь в теле».
В своей жизни я всегда придерживался Божьего принципа: «Если конечный результат положителен, значит, вся деятельность была необходима». Если бы нам не с чем было сравнивать, как бы мы поняли, что есть добро, а что зло?
Индийский политик М. К. Ганди разработал философию ненасилия и реализовал её в жизни государства, игнорируя британских колонизаторов и освобождая страну от рабства.
Что мешает нам игнорировать зло? Апостол Павел пишет: «Обличайте дела тьмы, но сами в них не участвуйте».
Всё, что выводится из тьмы к свету, освещается светом, а всё, что освещено светом, становится светом. Нет другого пути, кроме пути света, веры и любви. Только он ведёт к звёздам и к конечной цели души — Вечной Жизни!
С уважением,
Айварс Уландс
Claire Fontaine
Orvault Bourg
Франция
05.04.2010
Тел. / WhatsApp:
00371 25191280
E-mail: [[email protected]](mailto:[email protected])